факультет журналистики вгу
Воронеж. Студенты.
«Красная зона»
Как проходит четвертый раунд борьбы с ковидом,
и правда ли, что ситуация улучшается?
Воронежская область стала одной из первых жертв нового ковидного шторма в России. Эксперты связывают стремительный рост заболеваемости с возвращением студентов и отпускников
после летних каникул. Так в регион могла попасть разновидность нового штамма.
Врач-эпидемиолог
.
Из-за нового всплеска ковида воронежский региональный оперштаб призвал частные клиники отправить врачей в «красные зоны». Медицинские учреждения продолжали испытывать нехватку кадров, поэтому обратились за помощью к Воронежскому государственному медицинскому университету имени Н.Н. Бурденко. Вуз направил специалистов в больницы, поликлиники
и стационары. Многие добровольно пошли работать в «красные зоны».
Студентка в «красной зоне»


Надежда Белякова
Студентка 5 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
После третьего курса мы сдаем аккредитацию, чтобы получить доступ к работе средним и младшим персоналом. Началась дистанционка. В учебе стало попроще. Студенты получили сертификаты и направились в «красные зоны».
В университете никого не принуждали - каждый делает свой выбор.
Я пошла работать в Дорожную клиническую больницу на Кольцовской, 11. Там открылся ковидный корпус. Много, где требовался персонал. Например, мои знакомые устроились в санаторий Горького, в восьмую больницу.


Вы сами выбирали место работы или проходило какое-то распределение?

Максим Максимов
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»


Надежда Белякова
Студентка 5 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Кто-то скидывал в беседу в социальной сети запись о том, что в какой-то больнице требуются медсестры и санитары. Мы звонили в отдел кадров, и нам говорили, идет ли еще набор или уже закрыт. Если место было, то нас,
конечно же, брали.
На самом деле студенты ответственно подходят к работе. Они стараются выполнять все по максимуму, зарекомендовать себя. К тому же нам платили так же, как и всем: оклад и президентские выплаты. Сумма зависела от количества смен. В «красной зоне» платят хорошо.


В чем сложности работы в «красной зоне»?

Максим Максимов
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»


Надежда Белякова
Студентка 5 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Сложно психологически и нам, и пациентам. У них нет возможности общаться
с родственниками. Какие-то продукты больным через нас передавали.
Но на самом деле, мало людей, которые лежали у нас больше недели. Мы быстро их долечивали.


Почему сложилась такая острая нехватка врачей? Правда, что у многих сдают нервы?

Максим Максимов
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»


Надежда Белякова
Студентка 5 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Наш корпус под ковид открылся месяц назад. Врачи не были готовы к такому потоку людей. Первое время все были нервные, но одну-две недели спустя все стабилизировалось - люди привыкли. Я думаю, что больше врачей не хватает в «зеленой зоне». Сейчас проблематично записаться на прием к специалистам, потому что все уходят в «красные». Ведь там лежат люди с коронавирусом
и не только. Например, с заболеваниями желудка, сердечно-сосудистой системы. Появляются осложнения. Эти приступы нужно купировать. Конечно же, необходимы врачи нужной специализации.


Какая сейчас обстановка в больнице?

Максим Максимов
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»


Надежда Белякова
Студентка 5 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Трудно сказать про весь город. Например, в нашей больнице осуществлялось долечивание. То есть к нам поступали люди не с тяжелыми формами коронавируса. Максимально, было человек 75. А к началу ноября у нас лежало уже 40 пациентов. Их количество не повышалось. Ситуация была стабильной. Стало поступать меньше больных, и нас сократили.
С какими трудностями столкнулись студенты и медики при работе с зараженными 
Надежда Белякова
Студентка ВГМУ имени Н.Н. Бурденко,
работавшая в красной зоне

Очень сложно ходить в костюмах.

Мы работали по 12 часов

с перерывом. Например, утром

мы выходили на дежурство. Днем

у нас часовой перерыв в «зеленой зоне». Осуществлялись все меры защиты: обработка, утилизация костюмов. Заступая после перерыва

на дежурство, мы надевали

все новое.

Светлана Игнатова
(имя изменено)
Врач-эпидемиолог
В «красной зоне» работать тяжело:
в костюме жарко, очки запотевают постоянно. Пациенты через респиратор не слышат, что им говорят. Тяжело и физически,
и эмоционально. Врачей и медсестер не хватает. Приходится работать
по 12 часов и за себя, и за других,
а потом переодеваться и заполнять кучу бумаг. Нет сил идти домой. Также возникают трудности
с медикаментами и кислородом, которых не всем хватает.
Дмитрий Боков
Студент ВГМУ имени Н.Н. Бурденко,
работавший волонтером в колл-центре
В день каждому оператору, могли позвонить более 30 человек. Моя задача заключалась в том, что
я записывал симптомы и передавал их медику, который распределял пациентов по врачам. Один раз было так много человек, что данные одного я забыл передать. На следующий день на меня поступила жалоба. Было очень неприятно, но я понимал, что сам виноват. После этого случая был внимательнее.
Студент в колл-центре

Воронеж столкнулся с нехваткой врачей, и работников колл-центров. Люди висели в электронных очередях часами. Не все могли дождаться ответа оператора. Многие студенты меда, у которых по тем или иным причинам

не получилось устроиться на работу в «красные зоны», стали помогать медучреждениям сортировать входящие звонки.





Почему ты решил пойти работать в колл-центр?


Оля Чернушкина
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»

Дмитрий Боков
Студент 4 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Изначально я собирался пойти работать в «красную зону». Все говорили, что там не хватает людей, а тут еще и дистант объявили, времени свободного стало больше. Мне хотелось быть ближе к будущей профессии. Но, к сожалению, моя семья была против. Они боялись, что я сам заболею и их заражу. Они у меня все относятся к группе риска. Но желание помочь все равно осталось, поэтому
и пошел работать в колл-центр.



Как долго ты там работал?


Оля Чернушкина
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»

Дмитрий Боков
Студент 4 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Волонтером я начал работать еще в том году. Узнал о вакансии в группе «Волонтеры-медики». Это организация, которая связана с больницами нашего города. Волонтёрил я с сентября до конца января, в главном корпусе Поликлиники №1, в колл-центре. Обычно у нас было две смены. Первая с 8 до 14, вторая с 14 до 20. В нашем корпусе было всего два волонтёра. Я отвечал
на телефонные звонки, работал с документацией, а также перенаправлял пациентов к врачам. Позже ещё и записывал людей на вакцинацию.


Если все звонки перенаправлялись медработнику, который потом распределял пациентов по врачам, то зачем нужны были вы?

Оля Чернушкина
Корреспондент
«P.S. - 5 сов»

Дмитрий Боков
Студент 4 курса
ВГМУ имени
Н.Н. Бурденко
Наверное, я не совсем точно выразился. Мы принимали вообще все звонки. Кто-то заказывал лекарства, кому-то нужна была экстренная помощь, а кто-то просто консультировался. Кто-то звонил с вопросами: «А я вот вчера с подругой виделась, а сегодня выяснилось, что у нее ковид, что мне теперь делать?». Пару раз приходилось успокаивать людей. Звонили, начинали что-то рассказывать,
а потом раз - и истерика. Все эти обращения мы сортировали и отправляли уже конкретным специалистам.
Студентка, заболевшая COVID-19
Может вы сами приедете?
Может все звонки и доходили, но не ко всем приезжали врачи. Студентка Воронежского государственного университета Анастасия Свиридова три дня пыталась вызвать специалиста на дом. Сначала она просто не могла дозвониться, висела в электронной очереди:
- У моего оператора лимит ожидания 30 минут. Как только я перебиралась
в первую десятку, звонок слетал, и так было несколько раз.
Потом Анастасии все же удалось связаться с медперсоналом, но её отправили
в лист ожидания, сказали, что свободных машин нет и ей желательно самой приехать в больницу, так будет быстрее и надежнее:
- Я не помню, как доехала до больницы. Все было, как в тумане. Температура у меня не спадала. Ко мне не приехала ни бесплатная, ни платная
скорая помощь.

Мы смоделировали диалог с сотрудником колл-центра со слов Анастасии. Диалог не является реальной записью.


Студентка с подозрением на COVID-19

Люди, которые несколько дней не могли получить помощь медиков на дому и попасть на прием
в поликлинике из-за больших очередей, шли в центры первичного осмотра пациентов с подозрением на коронавирус. Корреспондент "P.S.-5 сов" Екатерина Иванова побывала в одном из них.

Ковидная культура

Воронежский концертный зал временно стал центром

приёма пациентов с подозрением на ковид

У меня появился кашель, неприятная тяжесть в груди и слабость. В поликлинику по месту жительства просто не пробиться, поэтому я пошла в Воронежский концертный зал, где делали экспресс-тесты на коронавирус.
В помещении, застланном целлофаном, меня встретила женщина в белом «скафандре» и с «забралом» на лице. Померила температуру, дала одноразовые перчатки и листок, который нужно было заполнить. Я обозначила симптомы
и пошла в «регистратуру». Там попросили мои документы, что-то заполнили
в компьютере и отправили во вторую кабинку.

Напротив гардероба стояли белые перегородки, как на выборах, только они
не закрывались шторками, а в каждой ячейке - койка, вешалка, стол
и компьютер. Очереди не было. Я зашла в кабинку. Там мне измерили температуру и давление.
Потом я подписала согласие на медицинское вмешательство и пошла к врачу. Меня стали спрашивать, когда я почувствовала симптомы и какими они были. Мой список был небольшим: слабость, кашель, потеря аппетита.

С подозрением на ОРВИ меня отправили на ПЦР-тест. Как я выяснила позже,
в одном блоке ПЦР делают тем, у кого собран весь «букет» симптомов коронавируса. У них берут мазок из носа и ротовой полости. Во втором кабинете работают с людьми, у которых симптомов коронавируса меньше.

У меня взяли «биоматериал» и отправили его в лабораторию-«соседнюю кабинку». Дали штрих-код и сказали ждать 15 минут. Пока ждала, подсмотрела, что делают в этой «лаборатории». На палочку с тестом капают какую-то жидкость и ждут реакции. Прошло 15 минут. Я забрала медицинское заключение. Тест показал отрицательный результат.
Врач прописал мне арбидол, парацетамол и капли в нос, а также посоветовали сходить к участковому специалисту.

- А если бы у меня был положительный результат?

- Отправили бы вас домой, вызвали врача на дом, а там две недели самоизоляции. Если бы вам было очень плохо, дали лекарство. Но у вас же всё хорошо! Чего вы переживаете?!


Весь осмотр занял у меня час. Домой я шла с отрицательным ПЦР-тестом, медицинским заключением от «Воронежского областного клинического консультативно-диагностического центра» и рекомендациями по лечению.
P.S.

С 30 октября в России была объявлена нерабочая неделя. В Воронеже локдаун объявили

на пять дней раньше. По мнению властей, всеобщие каникулы должны были сдержать распространение коронавируса. При необходимости регионам разрешалось увеличивать количество нерабочих дней. Режим ограничений в Воронеже сняли 7 ноября.

Сразу после этого резко изменилась новостная повестка. СМИ активно начали писать

об улучшение эпидситуации в регионе.

Ковид коснулся каждого из нас: кто-то болел сам, у кого-то болели близкие. Пока одни студенты делали вид, что ничего опасного не происходит, и воспринимали дистант как незапланированные каникулы, другие в это время старались любыми способами помочь врачам и заболевшим, жертвуя своим здоровьем и силами.
Сейчас в Воронежской области начали сворачивать ковидные койки и закрывать перепрофилированные корпусы. Некоторые вузы с 23 ноября перешли на очный формат обучения. В медицинских учреждениях происходит активное сокращение студентов-добровольцев и волонтеров.
Между тем в мире выявили новый омикрон-штамм COVID-19. Эксперты считают, что этот вариант коронавируса распространяется быстрее, чем его предшественники. Кроме того, он может затронуть людей, уже переболевших другими штаммами. Нас ждет еще один шторм?
Авторы:
Максим МАКСИМОВ
Оля ЧЕРНУШКИНА

Корреспонденты:
Екатерина ИВАНОВА
Анастасия ВАСИЛЬЕВА

Фото:
Екатерина ИВАНОВА
«Вести Воронеж»
https://ya.cc/t/dKe_GIm632hgYi
This site was made on Tilda — a website builder that helps to create a website without any code
Create a website